Меню

Москва 4:35 17 июня 2021

Крупным планом

Драма "высоких отношений" Елизаветы Никищихиной

17 мая 1941 года родилась Елизавета Никищихина – самая обаятельная кикимора советского кино. О драме актрисы расскажет наша рубрика "Крупным планом".

Её признали самой обаятельной кикиморой советского кино, не замечая драматизма за внешностью клоунессы. Даже в семье никто не верил в Лизину мечту стать артисткой. "Это неприлично!" – отрезал отец и влепил 16-летней дочке пощёчину. Скандал в коммуналке замяли гостившие у соседа будущие знаменитости – Высоцкий и Тарковский. Пришлось выбирать между семьёй и мечтой, и она навсегда ушла из дома, ведь её благословил Михаил Яншин, главный режиссёр Театра имени Станиславского. А прослушивал будущую актрису Евгений Леонов, который хохотал над тем, как Лиза читает стихи.

"Вас ждёт трудная судьба", – сказал Леонов и оказался прав. Борис Львов-Анохин, новый руководитель театра, решил уволить чудаковатую актрису, назвав её бездарной. Но Никищихина не сдалась. Она вымолила второй шанс, прервала беременность и заставила режиссёра отказаться от слов, которые помнила всю жизнь.

Львов-Анохин доверил ей главную роль в "Антигоне" – спектакле, ошеломившем театральную Москву. Она впервые раздавала автографы, критики её хвалили, а режиссёры приглашали в кино. Никищихина могла сниматься сразу в двух, а иногда и в трёх фильмах. Жадная до ролей, она брала, что предлагали. В основном странноватых, не от мира сего героинь. Одна из них – в фильме "Покровские ворота" – прославила актрису бессмертной цитатой. В личной жизни "высокие отношения" ни с кем не сложились. Три брака не выдержали конкуренции с единственной любовью актрисы – к профессии. Лишь однажды она уступила природе – родила дочь, но быстро собралась и снова встала в строй. Точнее, в очередь из актрис, ожидающих громких ролей.

Чем больше её узнавали на улице, тем меньше доставалось ролей. Слава сделала её несчастной, она искала утешение в алкоголе. В результате подросшая дочь попросила маму не появляться в пьяном виде перед внуком. Разменяв квартиру, Елизавета Никищихина вновь, как в детстве, оказалась в коммуналке. Она сама так захотела – поближе к людям и к общению, к которому была уже не способна. Соседи даже не знали, с кем живут рядом. Однажды она призналась дочери: "На сцене я всё понимаю, а в жизни – ничего". Замкнувшись в четырёх стенах, она перелистывала прошлое, вспоминая битвы за роль, славу, поклонников. И понимая, что жертвы ради них оказались напрасными.

 



Смотрите также

Субботний Рамблер