Татьяна Доронина и Эдвард Радзинский. Актриса и драматург, которые вдохновляли и любили друг друга, но посвятили себя театру.

В роду Дорониных никто не увлекался театром. Папа – повар в ресторане, мама – деревенская женщина, которую позже она изобразила в фильме "Три тополя на Плющихе".

Когда мхатовские старики приехали в Ленинград набирать студентов, её приняли, не зная, что она восьмиклассница. Чтобы поступить, пришлось всё же получить аттестат. А когда Татьяна окончила Школу-студию МХАТ, с ней поспешили попрощаться.

Георгий Натансон, кинорежиссёр, народный артист РФ:

– МХАТ для неё был мечтой. А её не оставили. Великая Алла Тарасова не хотела иметь в театре ещё одну такую большую актрису.

С мужем-однокурсником Олегом Басилашвили Доронину распределили в Волгоград – город, где она отказалась от рождения детей, от мужа, а затем и от местного театра.

Она приехала в родной Ленинград и стала звездой самой прославленной труппы БДТ. Именно там её впервые увидел молодой драматург Эдвард Радзинский, пьесу которого ставил театр.

Эдвард Радзинский, драматург:

– Она играла необычную женщину среди обычных мужчин. И была чудо как хороша!

К тому времени странная, ни на кого не похожая актриса уже сыграла в нескольких фильмах. "Неудивительно, что я не видел её в кино. Таких у нас не снимают", – подумал драматург.

Эдвард Радзинский, драматург:

– Потом я пришёл на репетиции собственной пьесы. Это было страшно. На сцене стояла она же и всем своим видом выказывала глубокую тоску. Я был очень печален, мне очень хотелось ей понравиться.

Он сумел вызвать интерес, и Татьяна стала спешить на репетиции ради него. Они не могли наговориться. И Радзинский предложил выйти за него замуж, переехать в Москву и оставить БДТ.

Татьяна Доронина, народная артистка СССР:

– С моей стороны было совершено предательство. И я очень долгие годы за него платила. За то, что я поставила свою личную жизнь почти наравне с театром.

Зато сбылась мечта о МХАТе, а в лице мужа она обрела друга. Пьеса, соединившая их судьбы, превратилась в фильм "Ещё раз про любовь", ставший откровением. К ней пришла всесоюзная слава.

Её начали много снимать, фотографии актрисы не сходили с журнальных обложек, за рубежом Доронину назвали "русской Мэрилин Монро". В кино её стали звать реже, когда поползли слухи: вовремя не приходит, с режиссёрами спорит, да и характер не очень.

Специально для неё Радзинский писал пьесы, предугадывая поведение, реплики и даже интонацию героинь. Она блистала и ускользала… Из театров, кино, из жизни близких.

Эдвард Радзинский, драматург:

– У неё был страх совершенства, она потрясающе чувствовала, когда она подходит к потолку, и тогда её охватывала мания разрушить построенный дом.

Их брак спустя пять лет тихо распался. Но даже после расставания Радзинский не забывал о той, кто дарил вдохновение. Он продолжал писать для Дорониной и навсегда остался верным другом для бывшей жены и блистательной актрисы.